Тамбовский воздухоплаватель Иван Белых: «Мне дали понять: хочешь летать – корми нужных людей»
сент. 20, 2017

1245

Единственный в нашем регионе воздухоплаватель Иван Белых в скором времени окажется на скамье подсудимых. Против аэронавта, являющегося бронзовым призером ЦФО, возбуждено уголовное дело. По версии следствия, Белых, не получив разрешения на полет, пересек на воздушном шаре зону, предназначенную для захода на посадку военных самолетов, тем самым подвергнув смертельному риску пассажиров, находящихся рядом с ним. Теперь воздухоплавателя обвиняют в оказании услуг, не отвечающим требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей. Однако у самого Ивана Белых на сей счет иное мнение.

- О том, что против меня возбудили уголовное дело я узнал 10 февраля 2017 года, прочитав соответствующую новость на сайте транспортной прокуратуры Мичуринска. Официально же меня об этом уведомили только 10 мая.

- Как отреагировали?

- Я очень сильно удивился. Надеялся, что у следователей хватит ума, чтобы не заводить дело, основанное на таком странном заявлении. Уверен, что они теперь и сами жалеют, что взялись за это.

- О каком заявлении идет речь?

- В попытках припугнуть меня, командир войсковой части в Летке, полковник Финогеев, написал жалобу о том, что якобы с нашим воздушным шаром чуть не столкнулся их военный самолет. Мол, он шел на посадку и лишь в самый последний момент увернулся от нас. Следователи на разобравшись открыли дело, в процессе которого выяснилось, что никакого самолета не было, а официальное разрешение на полет было получено в ЕС ОрВД и у МДП «Воронеж». 

- Тогда почему дело все-таки возбудили?

- Видимо, теперь они просто не могут дать обратный ход. Надеются на удачу в суде. Предлагали мне различные схемы с признанием вины, а моим пассажирам подсовывали на подпись бумагу, где было написано, что они видели самолет рядом. Все это очень хорошо демонстрирует деятельность исполнительной власти. Вместо того, чтобы ловить так называемых «партизанов», они занимаются пилотом, который всегда летает официально. Ясное дело, что это проще, чем гоняться по полям за самолетами. 

- Что на самом деле произошло в том полете, из-за которого впоследствии возник весь сыр-бор?

- Это был обычный полет, каких мы совершили уже сотни. Разница лишь в том, что его планировалось провести в небе над Тамбовом. Особенность полетов над областным центром заключается в том, что необходим очень редкий восточный ветер умеренной силы. Желательно, чтобы был выходной, дабы не пересекаться с военными самолетами. Такая возможность выдается крайне редко. В среднем нам удается слетать над городом лишь раз в полгода. Перед каждым полетом подается заявка (план полета), в которой указывается примерное направление. Воздушные шары летают по ветру, поэтому точно указать место посадки невозможно. Направление оценивается по прогнозу. Кроме того, необходимо убедиться в отсутствии зон ограничений по направлению полета. Эти зоны публикуются на специальной онлайн-карте. Никаких запретов на тот день не было, поэтому я решил подать план накануне - 2 декабря. Зная, что телеграммы доходят до Летки с опозданием, позвонил им и сообщил о готовящемся полете, чтобы они имели меня в виду. Во время разговора мне начали рассказывать сказки о том, что над городом летать запрещено, воздушные шары могут делать это только в классе G (неконтролируемое воздушное пространство), что запрещена съемка с воздуха, шар может сдуться, рухнуть на головы людям и другой подобный бред. Я сослался на законодательные документы, в которых черным по белому говорится о том, что все что мы собираемся сделать - законно, поэтому полет состоится. Служба безопасности Летки призналась, что с такими документами не знакома и изучить их не может, так как в военной части отсутствует интернет. Но вместе с тем дала добро на полет, если я уверен в том, что предоставленные доводы достоверны. На следующее утро мы получили диспетчерское разрешение в МДП «Воронеж», в чьей зоне мы летаем и указываем в планах полетов. Мне дали это разрешение, и мы полетели. В процессе полета я по рации пытался связаться с Леткой, но никто не отвечал. Только когда мы подлетали к автовокзалу на Киквидзе, позвонил полковник Финогеев и начал хамить и угрожать, обещал проблемы. На место посадки в Стрельцах подъехали военные и заблокировали нам выезд, вызвали полицию. Доводы о наших конституционных правах свободно перемещаться они игнорировали и держали нас на холоде около двух часов. Потом приехал участковый, взял с нас "объяснение" и всех отпустил. С тех пор все и началось. Через знакомых приближенных к Летке, мне удалось узнать, что меня там ждали весь день с извинениями и подарками. Но я решил не заезжать, так как летаю легально и ничего не нарушаю. Не дождавшись компенсации, в Летке решили написать на нас жалобу в прокуратуру, чтобы припугнуть. Для красивого словца украсили жалобу байкой о самолете. Однако в процессе допросов, опасаясь ответственности за дачу ложных показаний, сами же и признались, что никакого самолета в небе не было. 

- Если вас все-таки признают виновным, каким может быть наказание?

- Мне грозит до двух лет лишения свободы или штраф до 300 тысяч рублей. Любой, даже символичный приговор, будет означать только одно: небо в Тамбовской области для нас закрыто. И закрыто не по закону, а по понятиям. Мне дали понять: хочешь летать - корми нужных людей. Работать на таких условиях я не собираюсь, мне проще перебраться в другой регион, например, в Липецкую область, где после недавних перестановок в авиационном центре, руководство и диспетчера гораздо лояльнее к малой авиации. Да и люди там больше интересуются прогулочными полетами, чем у нас. Мы регулярно ездим летать в Елец и к нам из Липецка приезжают чаще, чем из Тамбова. 

- Как вы можете охарактеризовать сложившуюся ситуацию?

- Как самый настоящий беспредел. Людей держат за скот, который можно загнать за ограду и доить. У нас нет никаких прав. В любой момент на неугодного можно найти статью. Например, 238-я, по которой возбудили дело на меня, вообще весьма удобная для привлечения практически любого гражданина. Она охватывает очень широкий спектр человеческой деятельности. Юристы ее называют «резиновой»: «производство, хранение, перевозка либо сбыт товаров и продукции, выполнение работ или оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности". Учитывая, что услугой исполнительные органы считают даже безвозмездные действия человека, не удивлюсь, если в один прекрасный момент они начнут привлекать водителей автомобилей, нарушивших дорожную разметку при пересечении перекрестка. Очень много таксистов, лодочников на переправе, продавцов и даже врачей уже пострадало от этой универсальной репрессивной статьи.