Артем Александров: «Отказался от предложения Косенкова, потому что не хотел ставить крест на своей депутатской деятельности»
сен 09, 2021
2379

Кандидат в Госдуму от коммунистов Артем Александров о тамбовских мэрах, расколе в «Единой России», фальсификациях на выборах, анонимных Telegram-каналах, Сталине, «Молодой гвардии», Путинцеве, черном пиаре, митингах за Навального, своем письме Путину и правильном произношении собственной фамилии.

Новая Гордума и Косенков

Летом 2017 года депутат тамбовской Гордумы от КПРФ Артем Александров в интервью нашему порталу рассказал о том, что если в России произойдет революция, то коммунистов после нее поставят к одной стенке вместе с «единороссами». Также он подверг критике президента страны Владимира Путина и тамбовских чиновников. В думе прошлого созыва подобные откровения своего коллеги не поняли. Спустя две недели с подачи фракции «Единой России» было принято решение о лишении Александрова статуса депутата, работающего на постоянной основе. Фактически он внезапно остался безработным.

- Был большой резонанс, связанный с тем, что я слишком откровенно высказался о некоторых вещах. Мне сказали, что не стоило поднимать ряд тем, которые затрагивали власть и систему. Нашим товарищам поступали звоночки. Мол, зачем он так открыто про это говорит. Но я сказал, что такова была моя позиция.

- А кто именно предъявлял претензии?

- Мои теперь уже бывшие коллеги по городской думе из «Единой России». Поскольку претензии высказывались в личных беседах, а не публично, называть их фамилии я бы сейчас не хотел. Потому что в отличие от этих господ считаю себя человеком культурным.

- Теперь в Тамбове новая Гордума. В чем плюс и минус этого созыва по сравнению с предыдущим?

- Плюс в том, что полностью сменился состав. В худшую или лучшую сторону – это уже потом решать избирателям. Но я считаю, что обновление было просто необходимо, независимо от политической принадлежности новых депутатов. К тому же, депутаты этого созыва сильно отличаются от своих предшественников по социальному статусу. Пришли люди из разных слоев общества. Это хорошо. Так как в прошлой думе сидели преимущественно «денежные мешки» и руководители разных учреждений.

- А в чем минус?

- В том, что по-настоящему кардинальных перемен не произошло. Дума так и не стала тем органом, который бы представлял и защищал интересы граждан. Еще минус в том, что существует очень жесткая иерархия. Есть руководитель и то, что он транслирует – сомнению и обсуждению н подлежит. Я не вижу тех живых дискуссий, которые могли бы быть по обсуждению вопросов, которые непосредственно затрагивают жителей города. Наверное, сказывается и партийная дисциплина. Потому что все депутаты от «Родины», а их подавляющее большинство, прошли в думу при поддержке Максима Юрьевича Косенкова. У него есть свой взгляд, он выстраивает свою политику. И в этой вертикали депутаты ему подчиняются.

- Весной Косенков предложил вам должность своего заместителя. Почему не согласились?

- Это предложение стало для меня неожиданностью. Оно прозвучало во время одного заседания, на котором я выступал. Косенков предложил мне стать его замом по ЖКХ. Но на самом деле, все это было просто очень красиво разыграно. Публично и под камеру. Если бы он действительно хотел предложить должность, то сказал бы об этом заранее. Мы бы все обсудили. А здесь же была обычная PR-акция с заранее определенным результатом. Мол, смотрите: я ему должность предлагаю, а он отказывается. И потом все это подается так, будто Александров может только критиковать, а работать на самом деле не хочет.

- Но вы ведь отказались не сразу?

- Да, я взял паузу. Сразу не ответил. В этот день была встреча с активом сторонников КПРФ, обсудили ситуацию. Подумали, как лучше поступить. Мы посоветовались, и я принял решение отказаться от предложения Косенкова, потому что не хотел ставить крест на своей депутатской деятельности. Если бы я согласился, моя политическая карьера как представителя оппозиции была бы сильно ограничена. Кроме того, за время работы с Косенковым в городской думе, я был не согласен с ним по целому ряду моментов. Поэтому мне было бы не совсем корректно идти работать под начало руководителя, с которым у нас есть расхождения. Еще важно отметить, что мы с партией «Родина» представляем разные политические силы. Очевидно, что сейчас они находятся в коалиции с «Единой Россией».

- То есть, «Родина» и «Единая Россия» договорились между собой?

- Да, в ходе своих встреч с горожанами я вижу, что они разочарованы. На прошлых выборах за «Родину» голосовали как за антипода «Единой России». На региональном уровне она воспринималась именно как оппозиция. А сейчас люди видят, что идет соглашательская политика и уже ни во что не верят. Они точно голосовали не за то, чтобы получить ту же самую «Единую Россию», только под другим лейблом и не за союз Косенкова с губернатором.

- Почему произошел такой «договорняк»?

- Думаю, что это решалось не на местном уровне, а в Москве. «Родина» и «Единая Россия» поделили между собой сферы влияния в области, чтобы не создавать конкуренцию друг другу. Мы это видим на примере выборов в Госдуму. «Единая Россия» не стала выставлять своего кандидата на один из округов, чтобы дать коридор не имеющему никакого отношения к Тамбовской области Алексею Журавлеву из «Родины». В свою очередь «Родина» не выставила кандидата там, где идет кандидат от «Единой России». Так что на этом фоне мы позиционируем себя как единственная оппозиционная сила в Тамбовской области. Про серьезные намерения таких партий как ЛДПР и «Справедливая Россия» даже говорить не приходится.

- Вы говорите, что все решалось в Москве. А вот если бы на месте «Родины» была КПРФ? Разве вам бы не сказали из Администрации президента, что и как нужно делать?

- У нас были прецеденты в других регионах, когда мы брали большинство в Горсоветах. Не такое, конечно, подавляющее, как у «Родины» в Тамбове, но все же. И мы не шли по пути соглашательской политики, у нас была своя позиция. Власть же, видя, что ей не удается договориться на своих условиях, начинала раскалывать фракции изнутри. Переманивала отдельных депутатов на сторону «Единой России». Возможно, если бы мы оказались на месте «Родины», нас бы ждало нечто подобное. Перекупили бы некоторых наших товарищей, закрыли бы нам субсидии из областного бюджета и все в таком роде.

- И как при таких раскладах надо было поступать «Родине» после победы на выборах?

- Да я на самом деле их хорошо понимаю. Они рассчитывают удержать власть, прекрасно зная и понимая систему этой власти. Тут еще такой важный момент. «Родина» ведь изначально позиционировала себя как президентская партия. Я даже не знаю, кто из них больше любит Путина: «Родина» или «Единая Россия»? А мы же нет. Поэтому для нас всякие «договорянки» с «Единой Россией» неприемлемы. Кто-то может сказать: а зачем конфликтовать городской и областной власти? Ведь это будет только во вред жителям. Но, извините, если мы будем поддерживать действующую власть, доверия к которой сейчас никакого, то это будет очевидным обманом избирателей, которые в большинстве своем настроены против «Единой России».

- Вот вы говорите, что «договорянки» с «Единой Россией» для вас неприемлемы. А разве пять лет назад тамбовское отделение КПРФ в лице своего секретаря Андрея Жидкова не пыталось по указке из «Единой России» снять «Родину» с областных выборов?

- Могу сказать лишь одно. На этапе выдвижения мы все политические конкуренты. И каждая политическая сила может сделать замечание, подать жалобу. На того же Жидкова недавно также подавали в суд, чтобы снять его кандидатуру с выборов. Делала это Российская партия свободы и справедливости, возглавляемая журналистом Максимом Шевченко. Я лично не считаю, что подобная практика абсолютно правильная. Лучше биться уже во время избирательной кампании за голоса людей, а не пытаться кого-то снять заранее. Но, в тот момент было принято именно такое решение. Однако считать, что мы тогда слились под «Единую Россию» – неверно. Ведь если посмотреть на электоральную поддержку «Родины», то мы видим, что она оттягивает голоса не только у партии власти, но и у КПРФ. Поэтому в плане голосов мы на тех выборах потеряли из-за «Родины» не меньше, чем «Единая Россия».

Выборы и фальсификации

- А КПРФ вообще готова бороться за победу? Приведу пример из жизни. В 2016 году я работал на выборах на участке в северной части Тамбова. В девять часов вечера, когда голосование закончилось, наблюдатель от КПРФ поднялся со стула, на котором весь день спал и сказал: всем пока, я пошел. То есть, самое важно – подсчет голосов – он проигнорировал. Даже наблюдатели из «Справедливой России» оставались до конца. Как вообще с таким подходом можно думать о серьезных результатах? Тем более все знают, как в Тамбовской области «считают» голоса.

- Здесь нужно рассматривать ситуацию по каждому участку конкретно. Я, например, когда отправляю своих наблюдателей, говорю им работать от «а» до «я». И они работают. Но проблема действительно есть. Мы испытываем серьезный кадровый голод. А трехдневное голосование еще больше усугубляет эту проблему. В Тамбовской области около тысячи избирательных участков. Чтобы их закрыть, нужно минимум по два человека на каждый, а лучше и вовсе три. Ведь кому-то с урной нужно будет сходить, кому-то поесть, кому-то в туалет. Исходя из трехдневного голосования, нам нужно девять тысяч человек. И это только кадровая составляющая. А еще есть финансовая. Наблюдателям нужно заплатить, накормить их, развезти по участкам. Ну и нет у нас такого количества бойцов, которые бы сидели на выборах до последнего. Поэтому приходится отправлять лишь бы кого-нибудь. Знакомых, их знакомых, дальних родственников и так далее. Ручаться, что все они будут качественно наблюдать – мы не можем.

- Ну «Родина» же в прошлом году как-то нашла и подготовила наблюдателей, которые, судя по всему, отработали хорошо, раз уж их партия выиграла.

- «Родина» тогда вложила очень много денег в наблюдение. Чтобы организовать пул наблюдателей и членов комиссий, хорошо подготовить их, оплатить проезд – нужны колоссальные средства. У меня есть примерные цифры. И это было больше, чем мы потратили на наше наблюдение и всю нашу агитационно-избирательную кампанию.

- Но вы ведь вторая партия России. Неужели у вас нет денег? У вас же есть целый депутат Жалнин, самый богатый в Гордуме. Почему бы его не тряхнуть? Мол, давай вложимся не в баннеры и газеты, а в поиск и подготовку хороших наблюдателей.

- По деньгам не все так просто. Неверно думать, что мы можем прийти и сказать: «дайте нам денег». А нам после этого возьмут и все выложат. Да, есть круг лиц, которые финансово нас поддерживают, но эта поддержка ограничена. Вот взять хотя бы наблюдателей на будущие областные выборы. Прикинем порядок цифр. Девять тысяч человек на три дня, каждому по полторы тысячи. Итого нужно 13,5 млн рублей. Огромные деньги и это только наблюдателям. И еще не факт, что все они качественно отработают. Были прецеденты, когда их банально перекупали. Причем такое происходило не только с нашими наблюдателями, но и с «родинцами». Людям платили по 20 тысяч рублей, чтобы они закрывали глаза на нарушения.

- На выборах 2016-го года моему знакомому наблюдателю предложили 15 тысяч за то, что он не заметит вброс пачки бюллетеней. Это было на участке в Летке. Он отказался. «Единая Россия» в итоге там проиграла. Это я к тому, что всех не перекупят.

- Да, большинство не перекупят. Поэтому я признаю, что проблема есть. Но, опять же, повторюсь, мы испытываем большой кадровый голод. Стараемся сейчас находить и готовить наблюдателей, независимо от их политических взглядов. Нам нужны те, кто действительно заинтересован в том, чтобы выборы прошли честно, а не те, кто досидит до девяти часов, заберет свою тысячу и уйдет. Например, на прошлых выборах я давал направления сторонникам Алексея Навального – Леониду Ярыгину, Анне Нефедовой. Ярыгин у меня вообще наблюдателем аж с 2010 года ходит.

- Проблем по этому поводу не возникало? Дескать, как же так, от коммуниста и советского патриота наблюдателями идут условные «агенты Госдепа»?

- Ко мне с такими вопросами и претензиями никто точно подходить не будет. Все знают, что я им отвечу. Здесь вопрос лишь в том, чтобы чисто проконтролировать выборы. Поэтому я без всяких проблем и опасения давал направления Ярыгину, Нефедовой и другим товарищам. Мы и сейчас готовы направлять на выборы людей, которые пойдут работать не за деньги, а за гражданскую позицию. Будем рады каждому такому наблюдателю. Не важно, какие у него политические предпочтения. Он может даже за нас не голосовать, главное чтобы он проконтролировал сам процесс.

- Мы все знаем, как в Тамбовской области проходят выборы. Почему никто не добивается персонального наказания для людей, которые замешаны в фальсификациях? Яркий пример из 2018 года, когда в Мичуринске вбросили целую пачку и это попало на видео. В Москве за аналогичное нарушение результаты на участке аннулировали, а у нас же господин Офицеров, образно говоря, грустно похлопал глазами, областной избирком не увидел ничего криминального, все хорошо. Никто не виноват.

- Помню инцидент со вбросом в Мичуринске. В целом я, конечно, согласен, что люди должны нести ответственность. После губернаторских выборов мы хотели привлечь ряд членов областной избирательной комиссии, писали на них заявления. Но все тщетно. Просто господин Офицеров – это часть системы. Поэтому я не питаю никаких иллюзий по поводу работы нашей избирательной комиссии, я прекрасно знаю как она работает. Особенно в сельской местности. Ее надо расформировывать и набирать туда новых людей. Мы пытаемся что-то сделать. Но играя с мошенниками по их правилам – победителем ты никогда не выйдешь.

- Какие выборы в Тамбовской области были самыми грязными?

- Думаю, что в 2011 году. Должность председателя избиркома в то время занимал Алексей Пучнин. Он просто надругался над избирательным процессом. Мы тогда с профессором из ТГТУ Николаем Ивановичем Воробьевым нашли подпольные базы раздачи бюллетеней в университете. Все фиксировали, писали жалобы, обращались в суды. Я публично написал о том, что Пучнин либо не ведает, что творится у него буквально под носом, либо сам покрывает все эти фальсификации. Он после этого подал на меня в суд. За то, что я якобы опорочил его деловую репутацию. Суд я в итоге проиграл, потому что не смог доказать факт нарушения. Хотя насчет подпольной базы все подтвердилось. Там имели место быть двойные бюллетени. Курировал весь этот процесс нынешний вице-губернатор Олег Олегович Иванов, тогда он им еще не был.

КПРФ и Сталин

- Почему в КПРФ практически не появляется новых лиц?

- На самом деле люди приходят. Немного, но зато с убеждениями. Некоторые из них даже пойдут кандидатами на этих выборах. Например, музыкант и рабочий Александр Семьянинов идет в Облдуму по 24-му округу, а студент Александр Лосев выдвинут на довыборы в Гордуму по 6-му.

- Что можно сказать об этих людях?

- Они убежденные марксисты. У них даже целый марксистский кружок есть. Сначала они изучали там теорию, а теперь решили перейти к реальной политической деятельности.

- Почему молодежь идет к Навальному, а не к вам? И не только молодежь. На запрещенный митинг в его поддержку людей в этом году пришло гораздо больше, чем на все ваши согласованные акции.

- Молодежь и к нам тоже идет. Если рассматривать оппозиционные митинги, которые были в начале этого года и сравнить их с нашей акцией против пенсионной реформы несколько лет назад, то у нас людей даже больше собралось. Пришло полторы тысячи человек.

- Так у вас ведь тоже есть практика свозить людей из районов. Не такая масштабная, как у «Единой России», но все же…

- Нет, тогда далеко не всех свозили. Многие действительно заинтересовались и пришли. На той акции основная масса участников была не коммунистами, а обычными нейтральными горожанами. Люди пришли высказаться по вопросу, который был для них актуальным. К Навальному же многие ходят просто ради интереса. Посмотреть, потусить, поучаствовать в движухе. Эти люди не согласны с властью, но у многих из них нет каких-то четких взглядов относительно того, как должна развиваться Россия. А у нас есть и взгляды и программа. Просто у многих молодых людей КПРФ ассоциируется исключительно с «совком», ГУЛАГом, расстрелами и пустыми полками. Такой винегрет о нас искусственно культивировался многие годы.

- Но может быть вы сами в этом виноваты? Я был на ряде тамбовских акций КПРФ. На 1 мая, на 7 ноября. Некоторые ваши товарищи иногда такой бред с трибуны несут. Впечатление, будто человека привезли из дурдома, сейчас он выступит, и его отвезут туда обратно. Тема со Сталиным, опять же. Понятно, что многие относятся к нему положительно, но многие ведь и отрицательно. И ставя ему памятники, как у вашего обкома, вы уже сразу отсеиваете от себя часть возможных сторонников.

- Нельзя говорить, будто бы мы занимаемся исключительно ностальгией по всему советскому. В наших рядах есть очень разные люди. Можно даже сказать, что внутри партии есть свои течения. Есть убежденные сталинисты, но есть и люди демократических взглядов. Назовем их условно демократическими социалистами. Так что здесь не все так однородно и однозначно. Кого-то фигура Сталина отталкивает, кого-то наоборот привлекает. Ведь если посмотреть социологические опросы, связанные с личностью Сталина, то мы видим картину, при которой его деятельность одобряют свыше 50% граждан.

Никитин и Плахотников

- Судя по тому, что пишут сейчас в многочисленных «анонимных» Telegram-каналах, внутри тамбовской «Единой России» наметился серьезный раскол. Есть условные «Никитинские» и условные «Плахотниковские», которые друг друга ненавидят. Это действительно так или подобное впечатление обманчиво?

- На самом деле раскол внутри «Единой России» произошел еще раньше, после смены губернатора. И имел он сугубо коммерческую подоплеку, когда начали убирать бетинский бизнес. Ремонтом дорог и строительством недвижимости сначала занимались одни люди, а потом совсем другие. Сейчас же раскол начался уже в тех элитах, которые ранее поддерживали Никитина. По разным причинам. Представители бизнеса откровенно говорили, что слишком уж большие аппетиты и потребности у команды действующего губернатора. Пошел передел сфер влияния в ЖКХ, мусорном бизнесе. Да, сейчас есть две условных противоборствующих стороны, но борются они исключительно за свои меркантильные интересы. Нам обе эти стороны не близки. В свое время нас обвиняли в том, что мы играем под дудку Плахотникова. Когда в 2019 году тамбовские коммунисты выступили против строительства полигона в Дмитриевке. Но мы тогда выступали за жителей, а не за интересы Плахотникова. Хотя, как потом выяснилось, он действительно подогревал протестную тему в Дмитриевке.

- А никто их двух этих сторон не обращался к вам за помощью? Типа, давайте сейчас временно объединимся и «замочим» общего врага.

- Да, были определенные предложения усилить протестные настроения в городе. Чтобы защитить себя, эти люди ищут поддержку у разных сил. Хотят бороться с оппонентами чужими руками. Неважно чьими. Главное не своими. Но у нас нет доверия ни к условной «Плахотниковской» группировке, ни к «Никитинско-Ивановской». Пусть сами грызутся между собой, а мы, как оппозиционная партия, будем извлекать из этого свои дивиденды.

Черный PR и анонимные Telegram-каналы

- Что за история с публикацией на портале ABIREG, в которой Артем Александров был назван самым богатым кандидатов в депутаты Госдумы с доходом почти в 6 млн рублей? Мне даже реклама в Instagram с этой новостью пришла.

- Да, там вышла статья о том, что я задекларировал 5,8 млн рублей. На самом деле – 580 тысяч, но мне приписали лишний нолик и сразу же начали везде это распространять. Я связался с изданием. Там сказали, что информация была взята с избиркома. Звоню Офицерову. Он: «Мы разберемся, посмотрим». В общем, только через несколько часов после моего звонка информацию подправили. Но осадочек остался. Потом же события начали разворачиваться более интересным образом. В Facebook появляется фейковая группа «Красный Тамбов», которая начинает публиковать материалы о моих якобы 6 млн, при это ссылаясь на статью ABIREG, которая к тому моменту уже была отредактирована. Затем появляются публикации в Telegram-канале «Продуман ТМБ», а также очень активная реклама этой статьи в Instagram. То есть, была проведена целая кампания по моей дискредитации.

- Раньше подобное уже бывало?

- Да, только не в интернете, а в печатной продукции. Десять лет назад по городу распространялись газеты, в которых от моего имени предлагалось начать в Тамбове веерные отключения электричества по ночам. Типа если в это время отключать людям свет, то они будут решать демографические проблемы страны. Теперь вся эта чернуха перенесена в виртуальное пространство. Но подобное показывает лишь то, что у властей очень низкая поддержка в регионе и многие солидарны с КПРФ.

- А не льстит ли такое внимание? Ведь это же можно посчитать за признание заслуг. Значит, боятся, считают конкурентом. Про вашего секретаря Жидкова, например, такого не пишут. И про региональных лидеров ЛДПР и «Справедливой России» Олега Морозова и Павла Плотникова тоже.

- Ну, чернуху и против Жидкова распространяли. Про Плотникова и Морозова ничего сказать не могу. Но, видимо, их действительно не воспринимают как конкурентов. Поскольку оба очень управляемы. Что касается меня, то, как сказал мне на одном из судебных заседаний Пучнин – «Артем, все пиар – кроме некролога». С одной стороны подобное играет на узнаваемость, но с другой – это все неправильно и нечестно. Часть людей, к сожалению, ведется.

- История с жалобой на Владимира Жилкина из той же серии?

- Да, сейчас расскажу. Мне звонят из полиции и говорят: «Здравствуйте, Артем Романович. Нам надо получить дополнительные сведения по поводу вашей жалобы». Я переспрашиваю: «Какой еще жалобы»? В общем, с меня взяли объяснения. Оказалось, будто бы я подал через интернет жалобу на Жилкина за то, что он в своем Telegram-канале опубликовал пост об одной всем известной запрещенной организации без указания того, что она признана экстремистской. И якобы я прошу привлечь его за это к административной ответственности и снять с выборов. Мне показали эти «мои» заявления. Но я их не писал. При этом я единственный в Тамбовской области Артем Романович Александров. Потом выяснилось, что я, оказывается, еще и в прокуратуру жалобу «накатал». Уже на МВД. За то, что они бездействуют и не привлекают Жилкина к ответственности.

- Кто за всем этим стоит?

- Я считаю, что такие вот «черные технологии» исходят от «Единой России». Чьими конкретно руками – сказать сложно. Но надо подумать, кто у нас в области отвечает за внутреннюю политику.

- Telegram-канал «Продуман ТМБ», в котором регулярно публикуются подобные вбросы, принадлежит вице-губернатору Олегу Иванову?

- Мы за руку, конечно, никого не ловили, но я не удивлюсь, если он. Иванов – это человек, который замарал себя еще в 2011 году во время выборов. Когда был вопрос о назначении его первым заместителем губернатора – только представители КПРФ проголосовали против.

- Я тоже Иванова за руку не ловил. Но несколько лет назад на акции КПРФ в Рассказовском сквере ко мне подошел какой-то неизвестный человек, у которого был смартфон с портретом Путина и сфотографировал меня. Спустя пару минут снимок оказался в Telegram-канале «Продуман ТМБ». Потом мне рассказали, что это некий Александр Тимошевский. Аналогичный случай рассказывала Анна Нефедова. Что это вообще за тип?

- На тот момент, когда была эта акция в Рассказовском сквере, Тимошевский являлся сотрудником областной администрации по связям с общественными организациями.

- То есть работа сотрудника администрации по связям с общественными организациями заключается в том, чтобы бегать по оппозиционным митингам и фоткать для «анонимных» Telegram-каналов?

- Этого не знаю. Он раньше часто наши мероприятия посещал, но потом перестал. Возможно, Тимошевский был одним из администраторов этого канала, но, скорее всего, просто выполнял задание и отправлял фотографии.

Институт и пропаганда

- Как Артем Александров стал коммунистом?

- Еще в школе начал сильно интересоваться историей и политикой. В шестом классе я даже написал письмо президенту Путину. Спрашивал: почему хлеб подорожал, почему у моих родителей нет нормальной работы, почему лес из страны вывозят и так далее.

- Путин ответил?

- Нет. Это было в формате школьного сочинения. Всем классом писали. Естественно, наши письма никуда не отправлялись. Я просто сравнивал прошлое время и нынешнее. Даже в трудных 90-х в моем родном селе Петровском работали предприятия. Молокозавод был. Выпускали собственные колбасы, лимонады. А сейчас там – перекати-поле. Ничего не работает, ничего не производим. Село умирало прямо на моих глазах. И тогда я начал интересоваться левыми идеями. Сначала на фоне протеста и несогласия с теми реалиями, которые были, а потом уже в старших классах я вступил в комсомол.

- У вас на факультете политологии на курсе еще были коммунисты?

- Нет, из десяти человек в моей группе был только я один.

- А кто-то из однокурсников после университета пошел работать по специальности?

- Человека два-три, включая меня. В целом у нас курс был аполитичный. Половине людей надо было просто хоть куда-нибудь поступить ради корочки. Кому-то от армии откосить.

- А вообще их тех студентов, кто учился с вами на факультете, хоть кто-то стал профессиональным политологом?

- Да. Владислав Федоров. Он сейчас в Москве живет, является аспирантом в МГУ. Вот он конкретный политолог. Выборами всегда интересовался. Из всех студентов, мне он больше всего запомнился.

- А в партийные работники кто-то пошел?

- Из моего поколения нет, а вот из нового вроде есть несколько человек, которые сейчас в «Единой России». От преподавателей узнал.

- Во время учебы вас сгоняли в добровольно-принудительном порядке на митинги «Единой России»?

- Пытались. Но я не ходил. Все знали мою позицию. Я им говорил, что это незаконно. Даже распространял по университету листовки о том, что принуждение в участии в акциях является уголовным преступлением. Листовка называлась «Альтернатива». Я вообще одно время хотел журналистом стать. Но не мог в школе похвастать хорошими знаниями русского языка. Поэтому выбрал политологию.

- У вас же есть свой молодой актив в партии. Они что-нибудь говорят о пропаганде в вузах? Не буду говорить за весь Державинский институт, но могу точно сказать за свой факультет филологии и журналистики. Несколько студентов оттуда мне жаловались на декана Сергея Худякова после приезда Алексея Навального в Тамбов в 2017 году. Людей в их законный выходной заставляли идти на какой-то КВН. Лишь бы никто не пошел к «Башне» к Навальному. А тех, кто все-таки пошел, ждали потом проблемы. Не отчисляли, конечно, но палки в колеса вставляли. Ваши комсомольцы про что-нибудь подобное говорили?

- Да, такие проблемы сейчас в вузах есть, и наши люди тоже о них рассказывали. Но мы за своих всегда стоим. Я сам обращался в вузы и пытался договариваться. Объяснял людям, что будет публичная огласка. Особенно это касалось темы выборов. Когда принуждали голосовать. В итоге наших ребят не трогали. Видимо, преподаватели просто боялись подставиться.

- А во время вашей учебы была какая-то пропагандистская накачка со стороны преподавателей?

- Мне повезло. На период моего обучения такой оголтелой пропаганды не было. Даже наоборот. Некоторые преподаватели были очень либеральных взглядов. Всячески идеализировали Запад. И каково же было мое удивление, когда кое-кто из них вдруг внезапно стали «единороссами». Так забавно сейчас на это смотреть. Когда человек, боготворивший Америку, начинает ее всячески костерить и рассказывать с умным видом про какие-то там скрепы. Думаю, е-мое! Ты же в универе совсем противоположное рассказывал! Но вместе с тем я уверен, что взгляды таких людей нас самом деле не изменились. Просто они строят карьеры в «Единой России» и ради этого готовы пойти на все. Но надо также отметить, что были и такие преподаватели, которые слали «Единую Россию» куда подальше.

- А кто из преподавателей оказал на вас наибольшее влияние?

- Мой научный руководитель Александр Васильевич Зимин. Он преподавал вопросы политологии, один из ключевых предметов. Этот человек от всей души старался в нас вкладывать, заинтересовывать.

- Что думаете о молодежном крыле «Единой России» - «Молодой гвардии»? За последние несколько лет ее активисты настрочили огромное количество доносов на политических оппонентов тамбовских властей. Когда вы были студентом, «молодогвардейцы» вели себя так же? И как вообще у вас с ними строились отношения? Ведь вы же наверняка часто пересекались.

- Раньше такого точно не было. Большинство этих «молодогвардейцев» состояли там ради тусовки. Ходили на митинги, держали плакатики, но не более того. Помню Марину Кошелеву, она там была за главную. Мы с ней разные дебаты проводили, дискутировали. Все было цивилизованно. А сейчас же воспитали новое поколение полных потребителей. Сегодня они пишут доносы на оппозиционеров, а завтра точно также напишут доносы на тех, кто их ранее заставлял. Если будет такая необходимость. Им говорят: «Мы тебе все обеспечим, а ты покажи нам свою лояльность. Напиши донос, замазайся. Тебе за это ничего не будет, потому что за тобой система». И это на самом деле страшно. Мы видим на их примере школу по моральному разложению человека. С юности в людей закладывают гниль. И если власть думает, что она, таким образом, воспитывает себе сторонников – она ошибается. Это поколение конъюнктурщиков. Они с этой властью только до тех пор, пока им это выгодно. Вдруг, что случись, никто из этих людей не выйдет на улицы защищать тех, ради кого они когда-то писали доносы. Истории как с Фургалом в Хабаровске здесь не будет.

Тамбовские мэры и заседания в Гордуме

- Расскажите про свои самые первые выборы.

- Это было в 2011 году. Я участвовал на довыборах в Гордуму по округу, где ранее депутатом был Александр Бобров. Он стал сити-менеджером, и его место в думе оказалось вакантным. Бобров решил посадить на него своего человека, директора водоканала. Даже уже не помню его фамилию. Он шел от «Единой России» и все были уверены, что он легко выиграет. Ведь за ним Бобров. А мне на тот момент 20 лет было. Но я выиграл с перевесом в несколько процентов.

- Как вообще такое могло произойти? Это же ведь 2011 год. Самый расцвет фальсификационной системы.

- Да я сам удивился! Они банально прошляпили эти выборы. Не восприняли меня всерьез. Думали, что все само собой пройдет, никто этими выборами не интересовался. Там же ведь с одной стороны директор, уважаемый человек, а с другой – 20-летний мальчик. Я, конечно, вел предвыборную кампанию, газеты ходил свои распространял, но все равно результат меня удивил.

- Вы приходите в 20-летнем возрасте в Гордуму. Там сидят солидные взрослые люди. Как они к вам отнеслись?

- Сначала реакция была такая: юнец, выскочка. Я еще статью написал с заголовком: «Депутаты Родину продали». Помню, Кондратьев после нее разбушевался: «Кто Родину продал? Я Родину продал? Да я за нее воевал!» В общем, высокомерно на меня смотрели. Потом уже начали видеть, что я дельные вещи предлагаю. Даже кто-то из «единороссов» стал поддерживать. В созыве 2015/2020 годов стало проще. Там внутри «Единой России» появилась группа депутатов, оппозиционно настроенных к председателю думы Виктору Путинцеву. Их достало его откровенное самодурство. Мы с ними хорошо сотрудничали по городским вопросам. По политическим, конечно, нет.

- А где сейчас Путинцев?

- Я не знаю, не слежу за ним. Он выпал из политической жизни города. И префектуру свою оставил, и все проекты, связанные с его председательством в думе свернул. Говорят, что и по бизнесу многое потерял, распродал.

- Тут недавно председатель Общественной палаты Владимир Пеньков публично назвал его «ничтожеством». Все мы знаем, кто такой Путинцев, но не выглядит ли это как «допинывание лежачего»? Когда он был председателем, таких высказываний никто себе не позволял.

- У них свои терки давно были. Из-за ситуации с Драмтеатром. Путинцев хотел отжать себе часть помещений под ресторан, а Пеньков выступал за то, чтобы их сохранили за театром. Сейчас Путинцев выпал из обоймы и его можно бить. Правильно это или нет – пусть останется на совести тех, кто это делает. Как бы я к нему не относился, но оскорблять вдогонку его не стану.

- Как проходит среднестатистическое заседание в тамбовской Гордуме?? Я как-то раз там оказался. Давно. Тогда еще в городе было двоевластие Ильин-Косенков. Пришел на заседание, как журналист. Обсуждали закупку троллейбусов. Помню, что депутатов было очень мало. Ильин сидел какой-то помятый, как будто с перепоя, Шамоян в прямом смысле спал, Гринчук играл в телефон. У остальных тоже был какой-то мучительный вид. Когда заседание закончилось, все мигом ломанулись к выходу. Прямо как школьники после звонка на перемену. Но это было давно. А как все обстояло, когда вы пришли в думу?

- Да точно также! Сижу на заседании и вижу, как кто-то пасьянс на ноутбуке раскладывает, кто-то в телефоне безвылазно сидит. Условная «Марья Ивановна» вообще спит. Ее будят, просят нажать на кнопочку, она нажимает, и давай опять спать. Это было не только в позапрошлом созыве, когда я только пришел, но и в прошлом. Депутаты-бизнесмены часто покидали заседания со словами: мне некогда, у меня дела.

- За то время, что вы находитесь в Гордуме, успело смениться аж пять глав города. Про Косенкова мы поговорили, давайте про остальных. В хронологическом порядке. Бобров?

- У него была определенная хозяйственная хватка. Но хватка эта, в том числе и в карманы своего окружения. Распил пригородного леса, приватизация, история с покупкой «Лексуса», куча всяких серых схем с управляющими компаниями. Все это лежало на поверхности, но трогать его тогда было нельзя, потому что он был властью. Это потом уже начались уголовные дела, прекращенные в связи с истечением срока давности. Последний его год мы с ним были «на ножах». Даже не здоровались. Он мне говорил: «Ты популист, ты ничего не понимаешь. Вам, коммунистам, лишь бы критиковать, а вот мы, хозяйственники, решаем вопросы». Он всегда лавировал. В общем, интересный дядька.

- На его место пришел другой интересный дядька…

- О да! Юрий Анатольевич Рогачев. Любитель «порвать за Путина». Была с ним забавная история. Я выступил на заседании против того, чтобы город отдавал за долги здание крытого рынка. Рогачев мне: «Да вы, коммунисты, казаков под лед пускали!»

- А он что, казак что ли?

- Понятия не имею. Вряд ли. Так вот, говорит: «Вы казаков под лед пускали». Я ему отвечаю: «Юрий Анатольевич, а какое это отношение имеет к вопросу отчуждения муниципального имущества, который мы сейчас обсуждаем?» А он опять: «Да вы, красные, весь цвет нации уничтожили!»

- У меня всегда складывалось впечатление, будто Рогачев служил неким таким громоотводом для Никитина. Когда он нес какую-нибудь очередную дурь, даже некоторым провластным СМИ разрешалось над ним шутить. То есть, был мэр, условный «дурак», на котором концентрировался весь негатив и губернатор, остававшийся в тени за умного.

- Да, были такие моменты. Но Рогачев всегда старался показать свою лояльность. Говорил: «Я – команда губернатора! Я за Путина!» Но, судя по двум уголовным делам, не помогло.

- Чеботарев?

- Видно было, что он умнее и хитрее двух своих предшественников. В этом плане надо отдать ему должное. Был очень осторожен. Всегда опасался, что его могут подставить. Ничего лишнего не подписывал. Чеботарев не являлся членом команды губернатора, и мне всегда казалось, что эта должность была ему в тягость. В целом, он ничем особо не запомнился: как в плохую сторону, так и в хорошую.

- Макаревич?

- Разные разговоры ходили о ее назначении. Кто-то говорил, что она чуть ли не ставленница силовиков, чтобы через нее проводить нужные им решения. Кто-то считал ее креатурой Никитина. Как бы то ни было, процессы она не контролировала.

- Мне казалось, что ее назначили лишь для того, чтобы, образно говоря, «торговать лицом». Просто светиться на разных мероприятиях, фотографироваться там, сниматься на видео, иногда даже петь. Чтобы люди были в курсе, что в Тамбове есть мэр, но самим Тамбовом в это время рулили иные персонажи.

- По большей части, так оно и было. Она являлась медийным лицом. Для управления городом она была банально некомпетентна. Это просто нее ее стезя.

- Последний вопрос. Насчет фамилии. Обычно на русский манер в фамилии Александров ударение ставится на второе «а». Например, автор музыки гимна СССР Александр Александров. Или известный хоккеист Вениамин Александров. Однако, когда речь идет о вас, то ударение ставят на «о». Как же все-таки правильно?

- У нас так в семье повелось, что ударение ставится на «о». Почему именно так – не знаю. Раньше были курьезные ситуации, когда только начал учиться в университете. Часто произнося мою фамилию, ударение ставили на «а». Но сейчас уже все знают, что правильно на «о».

Фото: Павел Терехов/Твердый знак Тамбов